ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ

Франц. niveaux naratifs. Теоретические конструкты, дающие, по воззрению представителей &&нарратологии, схематизированное представление о процессе художественной коммуникации, в процессе которого лингвистический текст преобразуется в литературное произведение. В отличие от структуралистов, также понимавших произведение как сложное, многоуровневое, структурно упорядо­ченное образование, нарратологи делают акцент на коммуника­тивной природе этих уровней. Для ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ их это сначала уровни коммуникации, на которых коммуницируют вместе главные &&повествовательные инстанции (отправитель и получатель художественной инфы) в специфичной для каждого пове­ствовательного уровня форме. При всем этом подразумевается, что каж­дая пара отправителя и получателя 1-го повествовательного уровня вступают вместе в коммуникативную связь не пря­мо, а косвенно — через ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ опосредующую роль повествовательных инстанций, находящихся на другом, «нижележащем» уровне, ие­рархически подчиненном первому. Так, к примеру, определенный создатель и определенный читатель какого-нибудь произведения разговаривают вместе не конкретно на внетекстовом уровне, а через само произведение, т. е., по нарратологическим представлениям, с помощью повествовательных инстанций, имеющихся и коммуницирующих вместе снутри текста ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ, другими словами, на внутритекстовых уровнях. В свою очередь, как повествова­тель, имеющий своим адресатом наррататора и контактирующий с ним уже на внутритекстовом либо дискурсивном уровне, дает слово персонажу, то появляется новый повествовательный уровень со своими повествовательными инстанциями.

Полное количество повествовательных уровней в определенном художественном произведении, в особенности в ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ случае вставного рас­сказа (так именуемого «рассказа в рассказе») может быть очень велико. Соответствующий пример — структура «Тысячи и одной но­чи», где главный повествователь Шехерезада, выступая в функ­ции &&эксплицитного создателя, нередко уступает место рассказчика персонажам собственных историй, в свою очередь часто передоверяю­щим эту роль героям собственных повествований. Но главной ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ зада­чей нарратологии было выявление не этих микроуровней, а макро­уровней, обеспечивающих коммуникацию всего произведения в целом и включающих в этот процесс также реального создателя и реального читателя.

Первым коммуникативно направленную схему повествова­тельных уровней и соответственных им повествовательных ин-


[200]

станций предложил Вольф Шмид (Schmid:1973), переработавший идеи М ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ. Бахтина, У. Бута, Ф. К. Штанцеля и Л. Долежела. За­тем она усовершенствовалась и дорабатывалась Р. Варнингом, X. Линк, М. Баль, Я. Линтвельтом, Дж. Принсом. Восходящая к Шмиду «модель вертикального разреза повествовательной струк­туры» (там же, с. 20) подразумевает четыре уровня коммуникации:

1) внетекстовой, где происходит опосредованная другими уровня­ми коммуникация меж ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ реальным создателем и реальным читателем («эмпирически историческими лицами»);

2) внутритекстовой уро­вень абстрактной коммуникативной ситуации, где реализуется коммуникация теоретических конструктов абстрактного, либо им­плицитного создателя и абстрактного читателя;

3) внутритекстовой уровень фиктивной коммуникативной ситуации, где коммуницируют «фиктивные» создатель и читатель, т. е. эксплицитные повествовательные инстанции, выступающие в виде персонажей; и

4) уровень ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ «мира в тексте», на котором появляются бессчетные коммуникативные ситуации меж &&акторами. Таким макаром, Шмид в «изображенном мире» (dargestellte Welt) выделял также и «цитируемый мир» (zitierte Welt) для обозначения еще 1-го «мира», воссоздаваемого дискурсом романных акторов (там же, с. 27).

Нарратологи, работающие в рамках французской традиции, пробуют на теоретическом уровне ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ доказать коммуникативный нрав таких обычно структуралистских понятий, как «повествовательный текст», «рассказ», «история», интерпретиро­вав их как повествовательные инстанции структуры художествен­ной коммуникации. А именно, М. Баль предлагает последующее разъяснение и схему взаимодействия повествовательных уровней и повествовательных инстанций: «Каждая инстанция реализует пе­реход из 1-го плана в другой; актор, используя действие как ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ материал, делает из него историю; фокализатор, отбирая деяния и выбирая угол зрения, под которым он их представляет, делает из их рассказ; тогда как повествователь претворяет рассказ в слова:

он делает из их повествовательный текст. На теоретическом уровне любая инстанция адресуется к получателю, расположенному на том же уровне: актор адресуется ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ к другому актору, фокализатор к «зрителю» — косвенному объекту фокализации, и повествователь адресуется к гипотетичному читателю» (Ва1:1977, с. 33). Этот процесс коммуникации поясняется схемой:


[201]

(рамками изображаются повествовательные уровни)

Аналогичную попытку предпринялЯ. Линтвельт, опиравший­ся в главном на идеи В. Шмида. Свою схему он объясняет на примере сказки Ш. Перро «Мальчик ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ-с-пальчик»:

«Повествование — это нарративный акт и, в широком смысле, весь ансамбль фиктивной ситуации, в какой он имеет место, включая наррататора и его наррататора. Под рассказом я понимаю повествовательный текст, состоящий не только лишь из повествователь­ного дискурса, высказываемого наррататором, но также и из слов, произносимых акторами и цитируемых наррататором ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ. Мальчик-с-пальчик и Каннибал участвуют как акторы в нарративном содержа­нии рассказа, т. е. в истории либо диегезисе. Так же, как рассказ соединяет воединыжды внутри себя дискурс наррататора с дискурсом акторов, так и история содержит внутри себя действие, являющееся объектом дискурса наррататора, и действия, воссоздаваемые дискурсом акторов ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ, и, сле­довательно, обхватывает как мир повествуемый, так и мир цити­руемый. Рассказ = дискурс наррататора + дискурс акторов. Исто­рия, диегезис = мир рассказываемый + мир цитируемый» (Lintvelt:198l, с. 31-32) (выделено создателем. — И. И.).


[202]

ПОВСЕДНЕВ

Франц. quotidien, англ. quotidian, нем. alltag (alltagsleben). Термин социолого-гуманитарных наук, демонстрирующий пере­ориентацию современных философских исследовательских работ с ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ традици­онных для их заморочек, рассматриваемых в большей степени sub specie aeternitatis, на проблематику ежедневной жизни, где, по воззрению большинства современных мыслителей, и протекают наи­более актуально принципиальные процессы, ускользающие обычно от рас­судочного анализа, так как относятся быстрее к сфере &&культурного безотчетного. Постановка препядствия повседнева позволяет учить жизнь не ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ в ее последних проявлениях, фик­сируемых в философски отрефлексированных понятиях либо в ху­дожественно-религиозных сублимациях, а в том виде, как она проявляется в быту, частично в сознательном, а в большей мере даже в безотчетном виде.

Исследование повседнева имеет достаточно долгую историю; на пер­воначальном шаге оно развивалось в несколько ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ абстрактных по­нятиях философии жизни, поновой поставившей на повестку денька нескончаемый вопрос о специфике существования Lebenswelt'a — жиз­ненного мира людского бытия. Во Франции проблематика повседнева заполучила необыкновенную актуальность благодаря деятельно­сти Школы анналов, категорически, в особенности на первом шаге собственного авангардистского порыва, отказавшейся учить историю


[203]

«великих» людей, принципно предпочтя ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ им историю «молчаливого большинства», в то же время довольно грамотно­го, чтоб бросить после себя письменные следы.

Современный виток собственного развития она обрела, получив но­вый импульс в работеМишеля де Серто 1980 г. «Изобретение повседнева» (De Certeau:1980: на британский она была переведена как «Практика ежедневной жизни» — De Certeau: 1984). Верно и программно ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ сформулированные идеи Серто превзошли все, либо поч­ти все, что было изготовлено ранее в этой области, перехватив инициа­тиву и направив предстоящее развитие научной мысли в определен­ное русло. Справедливости ради следует все таки отметить, что еще в 1973 г. в Париже была размещена внушительная двухтомная рабо­та ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ Э. Гофмана «Мизансцена ежедневной жизни» (Goffman:1973), в 1989 вышло известное исследование Пьера Бувье «Работа повседнева: попытка социо-антропологического подхода»(Bouvier:1989), где он обобщил свои идеи, разрабатываемые им с начала 80-х годов. Сюда же можно отнести очень влиятель­ную работу Маффесоли 1985 г. «Обыденное сознание» (Maffesoli:1985).

Равномерно философия повседнева стала оформляться как специфичная наука ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ — так именуемая «социо-антропология современности», как именовал одну из собственных недавнешних книжек сам Бувье (Bouvier:l995). На этот момент она существует как одно из очень фаворитных направлений современного научного познания, ставя собственной задачей дать самоосмысление культуры, либо, выража­ясь более точно, описание культурного безотчетного, при этом в ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ самом широком спектре социо-культурных практик, от наблю­дений за чисто политическими институтами жизни до глубинных культурных феноменов. В качестве примера можно привести ис­следование Ж. Абемса «Повседневная жизнь евро пар­ламента» (Abems:1992), либо работы М. Оже «Атопика: введение в антропологию сюрсовременности» (Auge:1992) «Смысл других:

актуальность антропологии» (Auge:1994a), «К антропологии ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ со­временных миров» ( Auge:1994b).

Издавна и очень продуктивно работает в сфере социальной ан­тропологииЖорж Баландье. Для него, как и для многих совре­менных французских антропологов повседнева, свойственна очень любознательная линия движения исследовательских интересов: практически они все начинали с обычных социо-антропологических, как это было принято, полевых наблюдений «первобытных ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ» африканских сообществ, с исследования традиций, обрядов, суеверий, пережитков языческих верований, их синкретизма с насильной христиа-


[204]

низацией либо уже классической для тех мест исламизацией быта. Потом, в 60-70-е годы французские социоантропологи пережили волну насыщенного увлечения соц неуввязками самого широкого нюанса, изучая в главном практику соц инсти­тутов, лежащих в базе ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ функционирования общества как слож­ной, мультислойной системы. С конца 70-х — начала 80-х годов большая часть из их решительно переориентировалось на исследо­вание соц и духовных практик повседнева, преимущест­венно в его культурно-бессознательном нюансе. И тут роль Жоржа Баландье была очень значимой. Довольно именовать такую его влиятельную книжку ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ, как «Власть над сценами» (Balandier:1992).

Другой более принципиальной фигурой в исследовании повседнева явля­етсяПьер Бурдье, создатель книжки «Различие» (Bourdieu:1979),представляющей собой детализированный анализ привычек и вкусов всех соц слоев Франции: от рабочих, фермеров, служащих, ин­теллигенции в разных ее дифференциациях и прямо до круп­ной буржуазии. Ученый ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ прослеживает в главном престижность тех либо других вкусовых, игровых, зрелищных и иных пристра­стий. Практически Бурдье и предпринял исследование той области, которая именуется Lebenswelt и которую он определяет, согласно Гуссерлю, как горизонт жизни, где коренятся язык и поведение и к которым нужно обращаться, чтоб осознать наших собесед­ников. Бурдье сумел ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ внушительно показать, что любая соц группа отличается своим образом жизни, манерами, мышлением, питанием; что она находится в зависимости от собственных традиций даже тогда, когда желает их избежать. Другими словами, Бурдье, проанализиро­вав то, что он именует «капиталом денег» и «капиталом знаний» французского общества, показал, каким образом пристрастия и вкусы, даже чисто ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ эстетические, предопределяются политически­ми и философскими и другими взорами.

В исследования политического нюанса повседнева много ин­тересных наблюдений и обобщений сделал Поль Вирилио (Virilio:1996; Virilio: 1998); в общефилософском плане, связанном, но, самым конкретным образом с политической злобо­дневностью (см. его книжку «Войны в Заливе не было»; Baudrillard: 1991) бесспорна ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ УРОВНИ и неопровержима роль Жана Бодрийара (Baudrillard:1981; Baudrillard: 1987).


povestka-dnya-zasedaniya-komissii-novgorodskoj-oblastnoj-dumi-po-provedeniyu-antikorrupcionnoj-ekspertizi.html
povestka-dnya-zdorove-i-ekologicheskie-problemi-svyazannie-s-tyazhelimi-metallami-kakovi-globalnie-potrebnosti-v-dalnejshih-dejstviyah-parallelnoe-meropriyatie-po-voprosam-tyazhelih-metallov.html
povestka-kommersant-granik-irina-05082008-136-tv-7-3-kanal-gorod-04-08-2008-loseva-olesya-18-15-7.html